Webbyt
Webbyt
Webbyt
Webbyt
Webbyt
Webbyt
Webbyt
Web2
 
ESTlРУС

Webbyt ВСЕ НОВОСТИ

Новости

Print Sitemap

Ветераны Чернобыля не болеют чаще, чем ост

21.10.2014

 

Ветераны Чернобыля не болеют чаще, чем остальные эстонские мужчины. 

Заболевание раком среди эстонских ветеранов Чернобыля и их общая смертность не отличаются от соответствующих показателей среди мужского населения Эстонии того же возраста. Но среди ветеранов Чернобыля риск совершения суицида значительно выше.

Источник:  UT Tartu Ülikooli ajakiri, Журнал Тартуского университета UT, № 9, октябрь 2014

Эпидемиолог Института развития здоровья Кая Раху занимается исследованием здоровья чернобыльских ветеранов уже более 20 лет. Для начала она уверенно утверждает, что поддерживает строительство в Эстонии атомной электростанции.

«Мне кажется, это – правильное решение», – рассуждает она. «Несчастных случаев несомненно следует опасаться и предупреждать. Однако страхи, связанные с радиацией, моя исследовательская работа с меня сняла».

Все риски «в голове»

Eдинствeнный дoкaзaнный к нaстoящeму мoмeнту связaнный с рaдиaциeй эффeкт в случae Чeрнoбыльскoй aвaрии — этo учaщeниe зaбoлeвaeмoсти рaкoм щитoвиднoй жeлeзы срeди тex мeстныx житeлeй, кoтoрыe вo врeмя aвaрии были дeтьми. В щитовидную железу детей посредством молока или овощей проник радиоактивный йод. Тем не менее, в 99% случаев лечение было эффективным.

Опираясь на данные раковых регистров стран Балтии за 1986–2007 годы, Кая Раху считает, что рак щитовидной железы чаще встречается и у местных ветеранов Чернобыля – особенно у тех, которые были отправлены на работы непосредственно после аварии, из-за чего риск заражения радиоактивным йодом с коротким периодом полураспада для них был выше.

Эти же результаты показали и исследования, проведенные среди ветеранов на Украине и в России. Кроме того, по данным анализа Раху, который был частью ее докторской работы, защищенной в Институте здравоохранения ТУ, статистические показатели риска заболевания повышает не излучение, а скрининговое исследование заболевания щитовидной железы, которое было проведено среди ветеранов после аварии.

В глобальной перспективе заболевание ветеранов раком сравнимо со средним показателем среди мужчин на их родине. Кроме того, в более конкретном исследовании, рассматривавшем только Эстонию, Раху находит, что смертность местных ветеранов в 1986–2011 гг. не отличалась от средней смертности мужчин Эстонии. Однако здесь сделаем жестокое уточнение: риск суицида среди ветеранов Чернобыля был на 30% выше, чем в целом среди мужского населения. Даже через 26 лет после аварии.

«Учитывая также другие исследования радиоактивной эпидемиологии, был совершенно предсказуемым тот результат, что большого вреда здоровью не было нанесено, – отметила Раху. – Однако, все же удивляет то обстоятельство, что радиация оказывает столь небольшое влияние на возникновение рака. Заболевание под влиянием радиации предполагает получение очень больших доз радиоактивного облучения. Прежде всего, здоровью ветеранов угрожали все-таки психологические риски».

Много неизвестных факторов

Поглощение радиоактивного облучения с учетом различных типов излучения измеряется в греях (Гр). От взрыва чернобыльского реактора погибло два человека, 134 пожарника получили острое облучение, 28 из них вскоре умерли (согласно измерениям, на атомной станции уровень облучения составил 10–100 Гр в час, причем смертоносной дозой считается также облучение интенсивностью 5 Гр). Однако, согласно данным докторской работы Раху, средняя доза облучения отправленных позже на аварийные работы людей составила менее 0,1 Гр в час.

«В 1986 году не было таких знаний, какие есть сейчас», – размышляет Раху. Отсутствие информации и неверные данные в Советской армии (к резерву которой относились мужчины, отправленные на спасательные работы) усиливали страхи; одной из первых реакций была даже рекомендация мужчинам употреблять в качестве противоядия алкоголь, говорит она.

На послеаварийные работы было отправлено около 530 000 человек, из них 17 000 из стран Балтии (около 5000 из Эстонии). У них не было конкретной информации о том, насколько сильное облучение они получили. Большинство мужчин провели на работах несколько месяцев, а это означает, что кумулятивная доза облучения формировалась в течение длительного периода. Исследования влияния малой дозы облучения в течение длительного периода предполагает большие когорты и точную информацию о многих фоновых факторах (например, поведении ветеранов в отношении своего здоровья), а объединенная когорта ветеранов как Эстонии, так и Прибалтики все же слишком мала для обобщений о риске заболевания, зависящего от дозы облучения. Тем не менее, медицинские регистры, которые ведутся в отношении населения стран Балтии, предоставляют хорошую возможность исследовать вопросы здоровья ветеранов по сравнению с обычным мужским населением.

Зависящий от дозы риск измерялся в крупнейших группах чернобыльцев Украины, Белоруссии и России, однако изучение регистров там сопряжено с проблемами. На Украине нет регистра смертности, подобного Эстонии, в котором был бы связан человек и причина его смерти. В России заявляется о «недостаче смертей», из-за чего анализы здоровья ветеранов постоянно имеют статус «первоначальных». Регистрация как случаев заболевания раком, так и смертей в этих государствах распространились только после чернобыльской аварии.

Однако ученые до сих пор не убеждены, что существует какой-либо порог действующего в течение длительного времени облучения, представляющий риск для человеческого организма. Множество существенных с точки зрения такого анализа фоновых факторов привело некоторых ученых к вопросу, а стоит ли и дальше заниматься вопросом малой дозировки облучения.

Как все остальные мужчины

Проведение анализов влияний чернобыльской аварии также затрудняют общественные изменения, которые произошли в конце советского периода, в том числе введенный в 1985 году Горбачевым сухой закон, говорит Раху. Эти процессы снизили смертность мужского населения и в Эстонии. Спустя некоторе время смертность вновь резко возросла, очевидно, из-за обстоятельств переходных времен. «Связывать рост смертности с Чернобылем крайне недальновидно», – отметила Раху.

Однако именно это многие ветераны и делают, продолжает она. Цитируют, что даже 20% из них уже умерли. Хотя из остальных мужчин, достигнувших соответствующего возраста, примерно шестидесяти лет, в течение того же времени также умерло 20%.

«Общее мнение такого – значит, ветераны настолько же здоровы, как и остальные эстонские мужчины. Однако эти данные следует понимать так, что ветераны настолько же больны, как и остальные эстонские мужчины».

Среди отправленных в Чернобыль мужчин Эстонии в общей сложности было чуть больше неэстонцев. Анализы Раху показывают, корме прочего, что больше, чем пребывание в Чернобыле, на риски здоровья ветеранов влияют их образование, а также национальность.

«Может это и звучит сурово, но во всех проведенных нами исследованиях показатели здоровья неэстонцев оказались хуже показателей эстонцев, – сказала Раху. – Это хорошо известно, что образование – сильный защитный фактор против высокой смертности среди мужчин. Это сказывается и на психологических последствиях аварии Чернобыля – более образованные ветераны справляются с ними намного лучше».

Исследование эстонских ветеранов Чернобыля – это на нынешний день единственное исследование, которое позволяет оценить риск суицидов среди ветеранов. Эстония – страна с высоким риском суицидов, и главными причинами этого являются злоупотребление алкоголем и депрессия.

Ветераны редко обращаются к врачу с психологическими проблемами. Как, впрочем, и остальные мужчины Эстонии, размышляет Раху. «Ментальное и физическое здоровье ветеранов необходимо рассматривать комплексно».

Людей, переживших ядерное нападение на Хиросиму и Нагасаки, называют официально «выжившими» (survivors), в то время как о ветеранах Чернобыля говорят как о «жертвах» (victims).

«И что самое грустное – они и сами считают себя жертвами, – находит Раху. – Это то, что они сами говорят».

Здесь вырисовывается проблема, с которой в послеаварийное время удачно справиться так и не удалось: как донести до ветеранов адекватную информацию. Чтобы они поверили, что их здоровье не полностью подорвано, продолжает она.

«Но люди, в том числе наши чернобыльские ветераны, не верят. Комитет чернобыльцев Эстонии их почти за руку на прием к психологу водил. Но это не помогло. Ветераны зачастую предпочитают пребывать в роли жертвы и сваливать все плохое в жизни на Чернобыль.

Многие проблемы, например, курение или употребление алкоголя, может человек сам контролировать. А радиация – это нечто такое, что контролю не подлежит. Невидимый фактор риска: мы его не слышим, не видим, не чувствуем. Но знаем, что он причиняет рак».

Чернобыль и государство Эстонии

«Плохо то, что ликвидаторы не отправились в Чернобыль добровольно. Ветераны сами признаются: они ведь получали там очень высокую зарплату, за которую можно было найти в огромной России достаточно добровольцев. Каждый сам бы взял на себя ответственность за решение пойти или не пойти в Чернобыль. В данном случае ответственность несет кто-то другой.

Им много было обещано: квартиры, автомобили. Как правило, обещанного они не получили, отчасти из-за распада Советского Союза. А ветеранов это до сих пор злит», – размышляет Раху.

Государство Эстонии обеспечивает всем ветеранам Чернобыля медицинскую страховку и право выхода на пенсию на пять лет раньше общеустановленного пенсионного возраста. Граждане Эстонии приравнены к репрессированным лицам, дополнительные льготы предоставляются местными самоуправлениями.

Но насколько помогла бы ветеранам избавиться от менталитета жертвы ситуация, где государство не предоставляло бы им вообще никаких льгот?

«Это именно то, чего они боятся», – считает Раху. «По моему государство должно предоставлять льготы. Именно из-за того, что они были отправлены в Чернобыль не добровольно. Может быть Министерству социальных дел следовало бы громко объявить, что они не собираются отменять льготы ветеранам. Госбюджет эти суммы чрезмерно не обременяют, так как таких людей немного.

Нам также несколько ветеранов утверждало, что исследование подкуплено правительством Эстонии, так как оно хочет с целью отмены льгот показать, что никаких рисков здоровья нет».

 

MTÜ Eesti Tšernobõli Ühing, tel. 6014628, e-post: remoks@hot.ee
Web2